GAMECA |

Рыцарь ехал молча, размышляя и размышляя. На последнюю фразу девушки он повернулсяв седле и посомтрел Палладии в ее нежно-ледяные очи.
- Возможно, пришло время рассказать все тебе, Лада. - Роальд вздохнул и начал рассказ.- Как ты знаешь, отец мой был воином. Когда мне было 20, он покинул дом. Тогда мамы с нами уже не было… Она умерла, когда мне было 10. Отец давно рассказывал мне легенды былого времени. Войны между нежитью, демонами, ночными эльфами. Разум мальчика впитывал все с поразительным любопытством. За год до его отъезда, его начали мучать сны. Кошмары? Нет. Снами это было назвать сложно, даже. Он видел Его наяву, видел во сне. Голос звучал в его разуме. Он рассказывал мне истории об статном орке, который общается с ним во снах. Они сидят у костра в метель где-то на далеком материке и общаются. Орк говорил с ним о прошлом, будущем, любви, смерти, власти, людях, орках, почти обо всем. Отец тогда уже был знаменит в Шатратте, как знатный кузнец. Его почитали многие мастера города Света. Однажды дошло до того, что отец, уснув, проспал 2 полных дня. После 48-ми часов непрерывного сна он поднялся с кровати и сказал, что Орк призвал его. Я пытался его отговорить, но не знал, что было уже поздно. Хотя отец и якобы прислушался ко мне, через неделю он в тайне от меня собрал вещи и покинул наш дом. quot;Я ушел за истиной. Вернусь я не один, неся веру в Короля простым смертным. Да не прекратится вьюга в твоем сердце, сын. Твой отец, Кнайт Лайтхаммерquot;. Именно такую записку я нашел тем утром. 5 лет я был в неведении.Лишь отдаленными намеками, спрашивая людей, хозяев таверн и капитанов кораблей, я узнал что некий quot;Кнайт Лайтхаммерquot; покинул Восточные Королевства на корабле из гавани Менетилов, направляясь на Нортренд. Когда я это узнал, мною были исколесены уже и всё Запределье в поисках зацепок, и все Восточные Королевства, и весь Калимдор.
Я приплыл на Нортренд уже подготовленным. Отец говорил о прекрасных звуках шаманских горловых пений, о переливании бубенцов на шаманских барабанах в то время как он вел беседу с орком в своих ведениях. Я знал из истории Нортренда только одного орка-шамана, любившего поговорить с людьми о власти и смерти, после чего призывающего людей к себе. Нер’Зул. Вариантов больше не оставалось. Вступив на территорию ледника, рекомого Ледяная Корона, я углублялся в самое сердце материка. Меня убили в Плетхольме. Нежить окружила меня плотным кольцом железа и плоти. Жуки-трупоеды не прикоснулись к моему телу. Умер я быстро….не хочу об этом вспоминать. Когда я вновь пришел в сознание, если было можно назвать это сознанием, наменя смотрели Его глаза. И Он говорил со мной. Я смутно помню, что делал, но Его голос не переставая звучал в моей голове. И вот, Фордринг… Мы свободны… - мужчина запнулся, - Паладин принес Свет и наше Темное царство… После того, как Серебрянный Авангард отправился на осаду Цитадели, я встретился с Тассарианом и в одном с ним отряде атаковал храмовый город Эн’Кил в Борейской тундре, а позже участвовал в осаде Имирхейма. Последним поступком до того рокового дня стала битва в Вальхалласе и принцем Сандовалом. Он был первым, кого Король-Лич прислал по мою душу. Он был последним принцем на моем пути к отцу. В Ледяной Короне в ставке Альясна я познакомился с жрецом Света Алонсусом. Его нзвали в честь Алонсуса Фаола - основателя Ордена Серебряной Длани. Этот человек еще тогда поразил меня своей чванливостью и напыщенностью. Мы холодно переглянулись и я отправился к Тассариану. Альянс готовился к Штурму Цитадели Короля. За ночь до штурма мне приснился сон, что орк, одетый в шаманские одежды, показывает мне пролом в саронитовой стене цитадели. Она находилась недалеко от провала в подземелья Цитадели.
quot;Странноquot;, - подумал тогда я, - quot;Ведь еще вчера, при облете територии, я его не заметил.quot;
Я проснулся, разбудил Тассариана. Он пытался меня отговорить, но тщетно. Дело в том, что верховным командованием Альясна был установлен закон. Тот, кто попытается проникнуть в Цитадель без приказа или ведома начальства - признается вне закона и подлежит трибуналу. У меня были личные мотивы проникнуть в Цитадель. И я проник… Провал в стене за мной завалили жуки-трупоеды и вурдалаки. Я вступил в Цитадель… В обитель Короля-Лича. Грандиозные своды, архитектурные громады встретились мне на моем пути. Я ступал шаг за шагом, но нежить меня не трогала. Рыцари смерти Маликрисса обступали меня, но расступались, когда я проходил мимо. По винтовой ледяной лестнице я шагал около десяти минут. И вот передо мной пресдатл Трон. Ледяное великолепие его поражало и завораживало. Именно здесь родился Король-Лич. Имеено здесь он должен и умереть… - мужчина сжал кулаки, крепко зажимая поводья своего коня.
- По правую руку от Короля стоял отец. Рыцарь смерти… Как же он преобразился за эти почти 6 лет. Мы долго говорили… Король молчал. Мы обсуждали мать, меня, новую веру отца. Мы говорили до самого утра. Пока Король не встал с Трона и не провозгласил:
- Роальд Лайтхаммер! Предав веру в своего Короля, ты приговариваешься к жесточайшей форме назакания - лишению посмертия!
Тогда мне было действительно страшно…. Ледяная Скорбь оторвался от пола. У меня был выбор или встретить удар своими мечами, либо бежать, а точнее прыгать вниз с винтовой лестницы прямо в лед. Умирать я еще не думал, потому что с отцом осталось слишком уж много нерешенного. Я прыгнул. Магический щит смягчил падение, но я повредил ноги и туловище. Услышав страшный крик, я побежал. Побежал, что есть силы и возможностей. Осада Цитадели затягивалась. Воины Тассариана развернулись в прекрасном марше, редко отбиваясь от часто атакующей нежити. Гнев Короля ошутили не только мертвые… Осада прекратилась , даже не начинаясь. Я пронесся на коне сквозь рубежи Альянса. Алонсус крикнул - quot;Задержать его!quot;, но я уже мчался галопом сквозь ледяные преграды. Потом я телепортиловался в Акерус, потому что на Нортренде меня уже искали. Командиры думают, что я узнал что-то такое, или вынес что-то такое, что может изменить мир в корне. В чем-то они правы. Осады Цитадели до сих пор не было… Фордринг взялся за строительство Колизея. Они хотят выбрать лучших, чтобы ударить по Королю раз и навсегда. Возможно у них и получится… А возможно и нет. Я не слишком надоел тебе своим рассказом? - вяло улыбнулся Роальд, подъезжая к Палладии. - Поверь, мы все преодалеем. И никакие послания, никакие посыльные не смогут нас остановить. Но теперь я буду умнее. Я не собираюсь соваться в самое пекло. Я хочу отдохнуть… Поэтому праздник для этого отличный повод! А вот и озеро… Так красиво.

Теги: король, отец, я

Оффтоп: Переделаю-ка я свою старую квенту на дндшного рейнджера. Все равно кроме жжшных читателей она никому не известна. Почему Гилнеас - потому что я про эту нацию ничего практически не знаю, и yадеюсь, не только я.) Собственно, квента моего рога противоречит со здравым сюжетом варкрафта и вообще наполнена здравым маразмом, но в принципе, не книгу пишу, так что пусть будет, может кому-то даже понравится. Аминь.
…
Дневник.
…
18 августа. Решил продолжить писать дневник, сам не знаю почему. Возможно, от скуки.
Вчера отец вызвал меня, и моего брата Кейна к себе во дворец. За семь лет первый раз увидел старшего братишку. Помню нашу молодость, - уже в девять лет он, хитрый и вероломный мерзавец, обучался колдовству и жреческой магии Тени, не стесняясь контактировать с некромантами и варлоками, когда я же целыми днями находился с обычными солдатами моего отца, (уже в тринадцать лет собрав свою “банду” профессиональных сорвиголов) чем завоевал расположение воинов и простолюдинов, презирающих магов и всяких шишек, и ненависть последних. Ублюдок-братец даже не подавал признаков минимального уважения, кивнув мне как обычному крестьянину. Мысленно пожелав ему сломать хребет или быть съеденным голодными мурлоками, я приветствовал отца, громадный кусок мяса, расплывшегося на пока еще своем троне, и вежливо спросил, что ему было нужно. Старый пес совсем разваливался от бремени возраста, даже простой разговор давался с огромным трудом. Старикан прочел нам с Кейном речь о том, что, мол, время, отведенное ему богами, подходит к концу, посему мы должны будем быть готовы к принятию власти и служению к моменту совершеннолетия, то есть к шестнадцати лет. По закону, у правящего (хотя, теперь это звучит как-то смешно) лорда Гилнеаса не должно быть более двух сыновей (моих братьев и сестер просто принесли в жертву обстоятельствам, папа ведь любил это дело и не останавливался), которые будут вместе делить “тиранию”, до момента, когда менее удачливый совершенно случайно погибнет. Затем старый пень начал нести чушь про мощь нашей армии, о захвате близлежащих территорий во имя чего-то великого, и т.д. и т.п. в общем, нес то, что каждый из нас знал с самого детства. Читая нам речь, отец яростно жестикулировал символом власти династии, катаной “пожиратель душ”, дарованная ему кем-то настолько великим, что отец никогда не называл его по имени, а лишь только хитро скалил зубы.
Все что я смог в свое время узнать об этом оружии, было то, что меч этот был создан величайшим мастером своего дела, темным монахом – Ханзо, который работал над ним сорок лет, один год и восемь часов. После создания клинка мастер поклялся, что никогда не создаст больше никакого оружия в своей жизни. И Боги Тьмы помогли ему сдержать обещание – столб пламени, и от монаха даже сандалий не осталось. Но мне кажется, он просто отказался продать свой клинок, плохо проверив свою спину на “ножеустойчивость”.
В общем, не говоря друг другу ни слова, мы с братом удалились. Отец добился своей цели – своей речью он только что намекнул о начале войны. Войны двух братьев за престол. Как говорилось в одной сказке – в конце должен остаться только один. И я им собираюсь быть.
19 августа. Всю ночь не спал. Опасался удара в спину. Война только началась, а я становлюсь параноиком. Созвал всех людей и нелюдей, верных мне. Мой учитель, дварф К’Узмич, узнав о начале войны назначил мне троих телохранителей – полуорка Гукахра, человека – воина Иуду, и дварфа Бухлая.
Оставив бараки и К’Узмича, пошел тренироваться со своим личным отрядом лазутчиков. Показав довольно неплохие результаты по владению луком и метательным оружием, остался собой доволен.
22 августа. К’Узмич притащил мне что-то, порубленное на кусочки, но все еще живое. Оказалось, посыльный ассасин, принесший подарочек от братишки – коробку с ядовитой змеей, убившей моего пса Цирика. Сволочь. Велел отрубить голову ассасину плохо заточенной чайной ложкой.
Решил отомстить – отправил пару ребят спалить библиотеку магических книг, так обожаемых братом.
23 августа. Бахнуло здорово. Мы с ребятами чертовски повеселились, глядя, как тупые маги пытались спасти все, что еще не сгорело в их дрянной башне. Потом устроили пьянку по поводу.
24 - 27 августа. Ничего важного за эти дни не произошло. Мастер – лучник Вольф научил меня стрелять из лука точнее. Точнее, рассказал как прикручивать к нему “гномские оптические прицелы”. Вечно эти продажные гномы что-то понапридумают… Потом я, вместе с ним и его дочерью, Эсмеральдой, красивой зеленоглазой блондинкой, также состоящей в моем отряде лучников, стрелял по окнам школы магии. Несколько мы даже умудрились разбить. Один из магов было вылез посмотреть, кто посмел покуситься на окна их мажьей святыни, но тут Гукахр, проявив чисто орочью смекалку, метнул в него свой боевой топор. Судя по топору, торчащему в его голове перед тем как он свалился с 12метровой высоты, орк очень даже попал. Жду ответной подлости со стороны братца.
П.С. Эсме подарила мне губную гармошку и научила на ней играть. Тренировался долго, почти свел с ума Иуду и Бухлая, Гукахр же достал свой боевой орочий рожок и мы играли дуэтом. Иногда голубая кровь дает преимущества, иначе за эту музыку меня точно бы прикончили и без моего братца.
28 августа. Мои солдаты нарвались на драку с отрядом Кейна. Если бы не маг, который во время потасовки не сколдовал на моих людей огненный шар, битва была бы честной. Потери: четверо мертвых, двенадцать ранено. К’Узмич предложил нанять больше наемников и начать организовывать небольшую армию. Хорошая идея, только на стороне Кейна маги, которые мигом превратят и три армии в кучки головешек.
31 апреля. Ко мне вернулся Цирик. Мертвый. Если бы не Вольф, валялся бы я дохлым в доску, с перекушенной шеей. Такого оригинального хода я от братишки не ожидал. Чертовы колдунишки.
1 мая. Отмечали день Независимости Альтерака. Я и Эсме тихо прокрались в мажью кухню, и подсыпали в пищу средство, которое ее отец использовал для ускорения спаривания тяжелых боевых лошадей. Праздник прошел успешно. Вечером отец вызвал меня и очень долго орал и булькал. Я все отрицал.
3 – 11 мая. Не заметил ни одного мага. Видно, средство действует до сих пор. Интересно, как там поживает Кейн? Не забыл ли он обо мне?
12 мая. Не забыл. Эсме была жестоко избита, и, если бы не подоспевший К’Узмич, могла быть изнасилована и прикончена. Поклялся отомстить и за это. Думаю, игры кончились.
13 мая. Отец отправил меня из столицы в мелкий городишко Варжербург с “дипломатической” миссией – передать местному жрецу какую-то важную вещицу, без которой тот не мог закончить какой-то важный ритуал… Хреново.
Оставив К’Узмича за главного, я, вместе с Эсме, Вольфом, Гукахром, Иудой, Бухлаем и парой солдат, двинул в этот мелкий городишко.
15 мая. Два дня путешествия. Ничего того, чем можно было бы гордиться. Бухлай орал свои дварфские песни так громко и мерзко, что Гукахр, ненавидящий дварфов почти так же, как эльфов, стал ему подпевать, даже не зная язык. Эсме сделала себе ушные затычки и мирно спала в повозке. Я, Вольф и пара солдат играли в кости на деньги. Проиграл, но потом, перепроверив карманы, вернул все деньги даже с прибылью.
16 мая. Отмечали день рождения меня любимого. Хорошо посидели…
17 мая. За день до прибытия были подло окружены двадцаткой разбойников. Один из солдат был убит, другой искалечен, Вольф ранен в голову, Бухлай в жаркой битве, прикончив пятерых, потерял глаз. Гукахр пропустил удар стилетом в живот, я получил парой стрел в плечо и в торс, защищая поливающую врагов стрелами Эсме, хитрый Иуда не пострадал. На трупах нашел записку, гласящую, что за мою голову назначена награда в 5000 золотых. Дешево меня ценят. С другой стороны, моя голова и мне самому пригодится, поэтому пока я решил ее не продавать.
18 мая. Добрались до Варжербурга. Искалеченные и перевязанные, с двумя раненными на носилках, мы остановились в первой таверне, и я, оставив там раненых, пошел в храм к жрецу.
Жрец по имени Зигвальд оказался старым обрюзгшим ублюдком. Он лебезил передо мной, как пес перед хозяином. Боже, как я ннавижу таких людей. Отдав поскорее реликт, я вернулся к своему отряду, лег на кровать и сразу же заснул.
18 мая. Ночью в своей комнате меня разбудил шорох. Прислушался. Так и есть. Кто-то крался, причем в доспехе. Вряд ли кто-то захотел погладить меня по голове. Затем этот кто-то вынул из ножен клинок. Я кувыркнулся с постели как раз в тот момент, когда неизвестный вонзил меч в то место, где я мирно спал. Я в это время выхватил из колчана стрелу и вонзил ее в убийцу. Попал в ногу. Гость заорал благим матом. Послышался топот и через пару секунд в дверях появились Вольф и Бухлай с факелами и в ночных рубашках. Я взглянул на своего недо-убийцу. Ага, так и есть. Иуда. Он мне чем-то сразу, на уровне подсознания, не понравился. Мерзавец, поняв, что ему крышка, с воплем и мечем, бросился на меня. Я совершенно случайно, наобум, пырнул его своей рапирой, которая по закону выставленного вперед оружия, вонзилась гаду в… в голову. Иуда дернулся и затих. Сволочь, испортил мне камзол своей кровью.
П.С. В комнате Гукахра, который тот совмещал с Иудой, остывал труп полуорка. В руке он как всегда держал свой боевой топор, что не спасло его от перерезанного горла. Наверно он начал подозревать своей глупой зеленой башкой предателя, и поплатился за это. Бухлай был безутешен.
19 мая. В два часа утра мы с Бухлаем, подхватив тело полуорка, потащили его к моему знакомому жрецу Зигвальду с небольшой просьбой воскресить беднягу. Зигвальд начал было что-то лепетать про сон, два часа ночи и дорогие маг компоненты, но получив кулаком дварфа в глаз и отлетев 3 фута и четыре дюйма, решил, что не все уж так плохо. Через пару часов к нам вернулся живой Гукахр.
20 мая. Оставили этот гостеприимный городок и начали путешествие обратно.
23 мая. Почти дома. Встретили гномика-барда, который за небольшую плату исполнил песнь о падении Лордерона. Что-то про какого-то, Уртаса или типа того. Я вообще не особо люблю новости и всякие

Теги: быть, отец, свой